на главную
 содержание:
 ДРЕВНИЙ МИР:
ГОМЕР
ДАВИД
СОЛОМОН
ГЕСИОД
АРХИЛОХ
САФО
ВАЛЬМИКИ
КАТУЛЛ
ВЕРГИЛИЙ
ГОРАЦИЙ
ОВИДИЙ
ЦЮЙ ЮАНЬ
 СРЕДНИЕ ВЕКА:
КАЛИДАСА
ДУ ФУ,ЛИ БО
РУДАКИ
ФИРДОУСИ
ОМАР ХАЙЯМ
ЛИ ЦИН-ЧЖАО
БОРИСЛАВИЧ
РУСТАВЕЛИ
ДЕ ТРУА
НИЗАМИ
СААДИ
ДАНТЕ
ПЕТРАРКА
ХАФИЗ
ЧОСЕР
 РЕНЕССАНС:
ВИЙОН
НАВОИ
БРАНТ
АРИОСТО
КАМОЭНС
РОНСАР
ТАССО
МАЛЕРБ
ШЕКСПИР
 XVII ВЕК:
МИЛЬТОН
ДЕ БЕРЖЕРАК
ЛАФОНТЕН
БУАЛО
РАСИН
БАСЁ
 XVIII ВЕК:
КЛОПШТОК
ГОЛДСМИТ
МАКФЕРСОН
ДЕРЖАВИН
ГЁТЕ
ПАРНИ
БЛЕЙК
БЁРНС
ШИЛЛЕР
ШЕНЬЕ
 XIX ВЕК:
ВОРДСВОРТ
БЕРАНЖЕ
ШАМИССО
ЖУКОВСКИЙ
БАЙРОН
ШЕЛЛИ
КИТС
МИЦКЕВИЧ
ПУШКИН
ТЮТЧЕВ
ЛОНГФЕЛЛО
ЭДГАР ПО
ТЕННИСОН
ДЕ МЮССЕ
ЛЕРМОНТОВ
ШЕВЧЕНКО
А.ТОЛСТОЙ
УИТМЕН
ФЕТ
БОДЛЕР
НЕКРАСОВ
МАЙКОВ
ДИКИНСОН
МАЛЛАРМЕ
ВЕРЛЕН,РЕМБО
УАЙЛЬД
 XX ВЕК:
ТАГОР
КИПЛИНГ
ЙИТС
БУНИН
БРЮСОВ
РИЛЬКЕ
АПОЛЛИНЕР
БЛОК
ХИМЕНЕС
ХЛЕБНИКОВ
ЭЛИОТ
АХМАТОВА,ГУМИЛЕВ
ПАСТЕРНАК
ЦВЕТАЕВА
МАЯКОВСКИЙ
ИВАНОВ
ЕСЕНИН
ЭЛЮАР
ЛОРКА
НЕРУДА
ТВАРДОВСКИЙ
РУБЦОВ
 дополнение:
БАРАТЫНСКИЙ
КРЫЛОВ
ГРИБОЕДОВ

   
омар хайям:
Хайям большая биография
 
хайям омар о жизни

хайям омар о любви

хайям омар  о вине

хайям омар счастье

хайям омар  о мире

хайям омар о людях

хайям омар  о боге

хайям  смысл жизни
 
хайям мудрости жизни
 
омар хайям и любовь
омар хайям и власть
омар хайям и дураки
  
рубаи   100
рубаи   200
рубаи   300
рубаи   400
рубаи   500
  
рубаи   600
рубаи   700
рубаи   800
рубаи   900
рубаи  1000
   

АХМАТОВА и ГУМИЛЕВ: биография, коротко о жизни и творчестве:   

 
 Краткая биография поэта, основные факты жизни и творчества:
 
АННА АНДРЕЕВНА АХМАТОВА (1889-1966)
и НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ ГУМИЛЕВ (1886-1921)

Анна Ахматова и Николай Гумилев – два ярчайших русских поэта Серебряного века. Судьба соединила их на короткое время, но во временах имена их неразделимы. Поэтому в рассказ об Анне Андреевне, конечно же, войдет рассказ и о Николае Степановиче.

Ахматова не оставила после себя наследника-поэта. Гумилев создал выдающуюся поэтическую школу, и, что особенно важно для этой книги, очень многие из его учеников стали блестящими переводчиками, подарив россиянам творчество величайших поэтов мира.

Анна Ахматова

У Андрея Антоновича Горенко и его жены Инны Эразмовны[321] (в девичестве Стоговой) было шестеро детей. У Анны были три сестры – Инна[322], Ирина[323] и Ия[324] – и два брата – Андрей[325] и Виктор[326].

Дочь Анна родилась 11 (24 по новому стилю) июня 1889 года в пригороде Одессы, Большом Фонтане.

Детство и отрочество девочки прошли в Царском Селе. На всю жизнь остались в ее памяти царскосельское великолепие и черноморское приволье (каждое лето Анна проводила под Севастополем, где за свою смелость и своенравие получила кличку «дикая девочка»).

В 1905 году родители расстались. Мать увезла больных туберкулезом дочерей в Евпаторию, и здесь «дикая девочка» столкнулась с бытом «чужих, грубых и грязных городов», пережила любовную драму, пыталась покончить с собой.

Первое стихотворение Анна написала в одиннадцать лет. «Стихи начались для меня не с Пушкина и Лермонтова, а с Державина (“На рождение порфирородного отрока”) и Некрасова (“Мороз Красный нос”). Эти вещи знала наизусть моя мама», – вспоминала поэтесса.

В Царском Селе Ахматова училась в Мариинской гимназии, а лето обычно проводила вместе с семьей под Севастополем. Впечатления от Причерноморья впоследствии отразились в различных произведениях, в том числе в первой поэме Анны «У самого моря», созданной в 1914 году.

Последний класс гимназии в 1906-1907 годах Ахматова проходила в киевской Фундуклеевской гимназии, а затем поступила на юридический факультет Высших женских курсов, где выучила латынь, позволившую ей впоследствии свободно овладеть итальянским языком и читать Данте в подлиннике. К юридическим дисциплинам Ахматова вскоре охладела и продолжила образование на Высших историко-литературных курсах Раева в Петербурге.

Отец к ранним поэтическим занятиям Анны относился весьма скептически и раздраженно. По этой причине первая публикация «На руке его много блестящих колец…» в издававшемся Николаем Гумилевым в Париже журнале «Сириус» появилась под инициалами А. Г. Затем девушка придумала себе псевдоним, выбрав фамилию своей прабабки, ведшей род от татарского хана Ахмата. Впоследствии Ахматова рассказывала: «Только семнадцатилетняя шальная девчонка могла выбрать татарскую фамилию для русской поэтессы… Мне потому пришло на ум взять себе псевдоним, что папа, узнав о моих стихах, сказал: “Не срами мое имя”. – “И не надо мне твоего имени!”– сказала я…»

Инна Эразмовна, в отличие от мужа, оставалась неизменно чуткой и внимательной к занятиям дочери.

Духовной и поэтической родиной поэтессы оставалось до конца жизни Царское Село. Там в 1903 году Ахматова познакомилась с Николаем Гумилевым. Он был частым гостем в доме ее подруги, Валерии Сергеевны Тюльпановой, и тоже учился в Царскосельской гимназии.

Николай Гумилев

Николай Степанович Гумилев родился 3 (16 по новому стилю) апреля 1886 года в Кронштадте, где отец[327] его занимал должность морского врача в военном госпитале. В том же году Степан Яковлевич вышел в отставку, и Гумилевы переехали жить в Царское Село.

Николай учился в 7 классе Царскосельской гимназии, когда познакомился с Анной Горенко.

Стихи и рассказы Коля стал писать с восьми лет. В октябре 1905 года он издал за свой счет первый поэтический сборник «Путь конквистадоров». С книгой познакомился В. Я. Брюсов и пригласил Гумилева к сотрудничеству с журналом «Весы».

Через год, окончив гимназию, Николай Степанович уехал в Париж и жил там до весны 1908 года. В Париже молодой человек изучал живопись и французскую литературу. Слушал лекции в Сорбонне. Писал стихи, вошедшие в книги «Романтические цветы» и отчасти в «Жемчуга».

Вернувшись в Петербург, Гумилев сблизился с Иннокентием Анненским[328] и Вячеславом Ивановым. По инициативе Николая Степановича была организована «Pro Academia Стиха», позднее переименованная в Общество Ревнителей Художественного Слова. Тогда же поэт организовал издание журнала «Остров», принял участие в организации журналов «Журнал театра» и «Аполлон».

Осенью 1909 года Николай Степанович отправился в Африку.

Все это время Гумилев и Ахматова постоянно переписывались. Гумилев несколько раз делал Анне Андреевне предложение, однако она отказывалась. Согласие было дано весной 1910 года. Обвенчались они в Николаевской церкви села Никольская слободка под Киевом. Медовый месяц провели в Париже. Это была первая поездка Ахматовой за границу, она оставила неизгладимый след в памяти поэтессы. В Париже Анна познакомилась с не известным тогда никому художником Амадео Модильяни[329].

Летом 1910 года Гумилев уехал в Абиссинию, добрался до Адис-Абебы, где был представлен абиссинскому императору. Осенью 1911 года – уже в Петербурге – Николай Степанович вместе с Сергеем Городецким[330] в противовес сильным тогда символистам создали «Цех поэтов». А через год Гумилев сформулировал основные идеи литературного течения, названного им – акмеизмом[331].

Пока Николай Степанович вел бурную, активную общественную деятельность, Анна Андреевна была целиком захвачена творчеством. В 1911 году впервые под псевдонимом Анна Ахматова она опубликовала во «Всеобщем Журнале» стихотворение «Старый портрет». Гумилев к стихотворным опытам жены относился с некоторой сдержанностью и осторожностью.

Жизнь Ахматовой и Гумилева была полна сложностей и драматизма. Отношения двух поэтов такого масштаба, сопротивление одного таланта диктату другого уже сами по себе драматичны. Семейная жизнь их была яркой, но кратковременной. Правда, в 1912 году у них родился сын Лев. Но брак фактически распался в 1914 году, когда Гумилев добровольцем, записавшись в лейб-гвардии Уланский полк, ушел на фронт.

На войне Николай Степанович был награжден двумя Георгиевскими крестами – за удачную разведку и за спасение пулемета под артиллерийским огнем, при отступлении.

Тем временем у Анны Андреевны в 1914 году вышел стихотворный сборник «Четки», принесший ей всероссийскую славу, породивший многочисленные подражания и утвердивший в литературном сознании понятие «ахматовской строки».

15 августа 1915 года умер ее отец. Осенью того же года в связи с обострением хронического туберкулезного процесса в легких Анна Андреевна уехала лечиться в Финляндию.

Развод свой Ахматова и Гумилев узаконили в 1918 году. Дальнейшая судьба Николая Степановича сложилась печально. В 1920-1921 годах он руководил третьим «Цехом поэтов». В январе 1921 года был выбран председателем Петроградского отделения Всероссийского Союза Поэтов. В ночь с 3 на 4 августа 1921 года он был арестован петроградской Чрезвычайной Комиссией по обвинению в участии в Таганцевском заговоре[332]. 25 августа 1921 года Николая Степановича Гумилева расстреляли.

Вторым мужем Ахматовой стал ассириолог, знаток Древнего Востока, Владимир Казимирович Шилейко (1891-1930). Они познакомились осенью 1918 года в Шереметевском дворце. Сначала жили в Москве, затем переехали в Петербург.

Еще до второго замужества Анна Ахматова пережила несколько бурных романов. Первый – с поэтом и критиком Николаем Владимировичем Недоброво (1882-1919), который написал первую статью о творчестве Ахматовой. В 1919 году он скончался в Крыму от туберкулеза. Героем второго романа был Борис Васильевич Анреп (1883-1969), офицер Белой гвардии, участник Гражданской войны. Их встречи были редки и мимолетны, однако Анреп оставил свой след в творчестве поэтессы. Ему посвящено большинство стихотворений из сборника 1917 года «Белая стая». В 1919 году Анреп эмигрировал в Англию, где стал известным художником-мозаичистом.

Первые послереволюционные годы Ахматовой были отмечены острыми лишениями и отдалением от литературной среды. В отличие от многих своих друзей и знакомых она не эмигрировала. Знаменитой стала ее поэтическая инвектива «Мне голос был. Он звал утешно…», подтвержденная через пять лет стихотворением такого же смысла: «Не с теми я, кто бросил землю…» Часть эмиграции отнеслась к этим стихам с большим раздражением. Но и в своей стране Ахматова после революции не находила должного понимания – в глазах многих она оставалась поэтом старой России, «обломком империи».

После развода с Шилейко, смерти Блока и расстрела Гумилева поэтесса вернулась в «мир живых людей», начала участвовать в литературных вечерах, в работе писательских организаций, публиковалась в периодических изданиях. В 1921 году Ахматова издала сборники «Подорожник» и «Anno Domini MCMXXI».

В 1922 году Анна Андреевна в третий раз вышла замуж, за искусствоведа и музейщика Николая Николаевича Пунина (1888-1953). Сблизившись с Ахматовой, Пунин не расторг брак со своей первой женой. Ахматова с сыном и Пунин с женой и дочерью – Ириной Пуниной поселились в одной квартире. Так продолжалось до 1938 года. Отношения с Ириной и ее матерью были далеко не дружественными.

В 1924 году новые стихи Ахматовой публиковались в последний раз перед многолетним перерывом. На ее имя был наложен негласный запрет, в печати появлялись только переводы. Весной у поэтессы случилась новая вспышка туберкулеза легких. Почти одновременно ее исключили из Ленинградского отделения Всероссийского Союза писателей как непролетарского поэта.

Репрессии 1930-х годов коснулись и ее семьи. 27 октября 1935 года были арестованы Н. Н. Пунин и Л. Н. Гумилев. Ахматова срочно выехала в Москву. Здесь 30 октября она написала с помощью М. А. Булгакова письмо к Сталину с просьбой об облегчении участи мужа и сына. В этих хлопотах приняли деятельное участие Л. Сейфуллина, Э. Герштейн, Б. Пастернак, Б. Пильняк. Пунина и Гумилева освободили. Зато НКВД готовило материалы для обвинения в контрреволюционной деятельности самой Ахматовой, но вместо нее вновь арестовали сына поэтессы. Стихи этого времени, полные скорби и страданий, составили цикл «Реквием».

В это тяжкое время Анна Андреевна разошлась с Н. Н. Пуниным, но осталась жить в той же квартире, поскольку уйти ей было некуда. Так до конца своих дней и прожила великая поэтесса в этой коммуналке.

Только в 1940 году был издан новый сборник стихов Ахматовой «Из шести книг». Хотя издание прошло строгую цензуру, сборник все же вскоре изъяли из библиотек.

Во время Великой Отечественной войны Ахматову эвакуировали из взятого в блокаду Ленинграда – сначала в Чистополь, а оттуда с семьей К. И. Чуковского через Казань – в Ташкент.

Всю войну Анна Андреевна интенсивно работала. Широко известными стали ее патриотические стихи «Клятва» и «Мужество». Поэтесса долго – вплоть до 1964 года – работала над «Поэмой без героя», которая стала центральным произведением в ее творчестве.

Сталин быстро старел. В высших эшелонах коммунистической власти началась жестокая борьба за место преемника дряхлеющего вождя. Сам Иосиф Виссарионович назвал таковым Андрея Андреевича Жданова (1896-1948), долгое время возглавлявшего ленинградскую парторганизацию. Немедленно против него объединились два главных претендента на место вождя – Л. П. Берия и Г. М. Маленков. Последний неожиданно зачастил в Ленинград. К Жданову поступила информация, что в городе на Неве готовится крупное политическое дело, в которое должна быть втянута ленинградская интеллигенция. Оградить людей от политических репрессий можно было только превентивным ударом, каковым и стало Постановление ЦК ВКП(б) от 14 августа «О журналах “Звезда” и “Ленинград”». Острота момента была снята, раскритиковано было творчество упомянутых в Постановлении авторов. Больше всех досталось А. А. Ахматовой и М. М. Зощенко, но никто арестован не был, более того, за раскритикованными оставили возможность трудиться в сфере их деятельности. Если с позиций современного человека случившееся смотрится ужасным, то на деле в СССР тех времен все обошлось необычайно благополучно. Вскоре умер сам Жданов, и борьба соперников за власть ушла в сугубо политические сферы.

В 1949 году вновь арестовали Н. Н. Пунина[333] и Льва Гумилева, которого приговорили к 10 годам исправительно-трудовых лагерей.

А 19 января 1951 года разоблаченных в Постановлении 1946 года восстановили во всех правах. Но у Ахматовой тогда случился уже первый инфаркт миокарда.

«Третья слава» Ахматовой наступила после смерти Сталина и длилась десять лет. В мае 1955 года ленинградское отделение Литфонда выделило Анне Андреевне дачный дощатый домик в писательском поселке Комарово; это свое жилище она называла «будкой». Вернулся из лагеря сын, но они с Анной Андреевной последние годы ее жизни не ладили и почти не общались.

В августе 1962 года Ахматову выдвинули на Нобелевскую премию, но присудили ее другому поэту.

1 декабря 1964 года Ахматова выехала в Италию на чествование по случаю присуждения премии «Этна-Таормина», где ей был оказан торжественный прием. 12 декабря в замке Урсино ей вручили литературную премию «Этна-Таормина» – за 50-летие поэтической деятельности и в связи с выходом в Италии сборника ее избранных произведений. А 15 декабря того же года Оксфордский университет принял решение присвоить Анне Андреевне Ахматовой степень почетного доктора литературы.

В начале октября 1965 года вышел последний прижизненный сборник стихотворений и поэм Анны Андреевны -«Бег времени».

Вскоре у Ахматовой случился четвертый инфаркт. Тяжелая сердечная болезнь давно уже подтачивала силы поэтессы. После выписки из больницы Ахматову перевезли в Домодедово, в подмосковный санаторий для выздоравливающих. Анна Андреевна чувствовала себя хорошо. На следующее утро после приезда в санаторий, 5 марта 1966 года, в присутствии врачей и сестер, пришедших в палату, чтобы осмотреть ее и снять кардиограмму, ей стало плохо. Все средства, которыми располагала медицина, были пущены в ход. Но усилия оказались тщетными.

Николай Степанович Гумилёв (1886–1921)

В 1906 году Гумилёв написал стихотворение «Завещание», на которое не обращают внимания, тем более не обращают внимания на пророческий смысл его, считая, что это еще ранний Гумилёв, что это завещание — своего рода бравада, экзальтированно-романтический этюд и т. п.

Очарован соблазнами жизни,

Не хочу я растаять во мгле,

Не хочу я вернуться к отчизне,

К усыпляющей, мертвой земле.


Пусть высоко на розовой влаге

Вечереющих горных озер

Молодые и старые маги

Кипарисовый сложат костер.


И покорно, склоняясь, положат

На него мой закутанный труп,

Чтоб смотрел я с последнего ложа

С затаенной усмешкою губ.

Так начинается это стихотворение. Все-таки будем помнить, что слово обладает магической силой — и человек, даже не желая того, может напророчить себе нечто, порой беду. Пастернак говорил молодым поэтам, играющим с темой смерти, что этого делать нельзя, если вы на самом деле хотите жить и творить, слово может все выстроить по-своему, если оно произнесено.

Так вот здесь произнесено, что поэт не хочет могилы в отчизне — этой могилы и нет. Есть могила его матери в маленьком тверском городке Бежецке, здесь можно положить цветы, поклониться Анне Ивановне, вспомнить стихи самого Гумилёва. Иногда, в дни праздника ахматовской поэзии в Бежецке, приезжие поэты заказывают на могиле молебен, поминая Ахматову и Гумилёва.

Гумилёва расстреляли без суда и без доказательства вины в 1921 году, и неизвестно где закопали в одной яме с другими расстрелянными.

Обычно говорят о пророческом смысле стихотворения Гумилёва «Рабочий», в котором поэт предсказал якобы свою гибель от рук «рабочего», то есть пролетариата, революции. Но строго-то говоря, это стихотворение о немецком рабочем, который отливает пулю…

Пуля, им отлитая, просвищет

Над седою вспененной Двиной,

Пуля, им отлитая, отыщет

Грудь мою, она пришла за мной.

Это стихотворение имеет прямое отношение к Первой мировой войне, а не к революции. Хотя все-таки и это стихотворение надо отнести к пророческим стихам поэта: слово так или иначе исполнилось.

Некоторые говорят, что Гумилёв так увлекся экзотическими странами, конкистадорами, жирафами, озером Чад, «брабантскими манжетами» романтических капитанов, Африкой и Востоком, что не успел сказать о России.

Это и так, и не так. Во-первых, замечательно, что в русской поэзии есть поэт с таким самобытным дарованием, устремленным к дальним странам, это только обогащает русскую поэзию. Гумилёв родился в Кронштадте в штормовую ночь — ему на роду было написано любить моря. У него дед был морским офицером, дядя — адмиралом.

Во-вторых, конец XIX века, как и конец XX, в искусстве настоятельно требовал каких-то новых форм, тем, прорывов. В Европе многие художники такой прорыв искали в экзотическом материале — вспомним Гогена или Киплинга… Так что Гумилёв действовал в духе общих поисков в искусстве своего времени.

А в-третьих, Гумилёв много чего сказал и о России. Его книга «Костер» очень русская. Александр Блок на одном из своих сборников сделал такую дарственную надпись: «Дорогому Николаю Степановичу Гумилёву — автору „Костра“, читанного не только „днем“, когда я „не понимаю“ стихов, но и ночью, когда понимаю». Приведем несколько строф из «Костра»:

Я ребенком любил большие,

Медом пахнущие луга,

Перелески, травы сухие

И меж трав бычачьи рога.

(Детство)

В чащах, в болотах огромных,

У оловянной реки,

В срубах мохнатых и темных

Странные есть мужики.

Выйдет такой в бездорожье,

Где разбежался ковыль,

Слушает крики Стрибожьи,

Чуя старинную быль.

(Мужик)

Крест над церковью взнесен,

Символ власти ясной, Отеческой,

И гудит малиновый звон

Речью мудрою, человеческой.

(Городок)

Гумилёв стремился сказать о своей Родине полнее и пронзительнее, но признавал, что его дарование в другом. В стихотворении «Стокгольм» он об этом скажет:

И понял, что я заблудился навеки

В слепых переходах пространств и времен,

А где-то струятся родимые реки,

К которым мне путь навсегда запрещен.

Это уже зрелый Гумилёв говорит, все понимающий о себе, о своем творчестве.

Читатель, который знает и любит стихи Гумилёва, уже и не вспоминает ни о каких литературных течениях начала XX века, о литературных спорах, он, может быть, уже и забыл, что такое акмеизм, который проповедовал Гумилёв, — он просто любит лучшие стихи поэта, он живет, дышит этими стихами, это его золотой запас души. На вопрос самого Гумилёва: «Что делать нам с бессмертными стихами?» — он отвечает: «Любить!» Я бы дополнил еще: и издавать.

Читатель, который только открывает поэзию Гумилёва, найдет при желании много статей и об акмеизме, и о спорах, прочитает статью А. Блока «Без божества, без вдохновенья», узнает биографию поэта, откроет для себя непростые отношения двух поэтов, мужа и жены, Ахматовой и Гумилёва, прочитает «Письма о русской поэзии» Николая Степановича, его прозу, статьи, может быть, даже прочитает драмы. Самое главное, чтобы поэт «зацепил» человека, чтобы душа потянулась к высокому поэтическому миру. А это могут сделать только сами стихи. Слава Богу, после многих десятилетий запрета сейчас вышли и выходят новые и новые издания Гумилёва. С очень хорошими предисловиями, так что есть возможность не только насладиться стихами, но углубиться в художественный мир поэта.

Вот, например, какие глубины видит исследователь и автор предисловия к прекрасному трехтомнику Гумилёва, изданному издательством «Художественная литература» в 1991 году, Н. А. Богомолов в стихотворении «Память»: «Стихотворение заканчивается явлением неведомого странника с закрытым лицом:

Предо мной предстанет, мне неведом,

Путник, скрыв лицо; но все пойму,

Видя льва, стремящегося следом,

И орла, летящего к нему.


Крикну я… но разве кто поможет,

Чтоб моя душа не умерла?

Только змеи сбрасывают кожи,

Мы меняем души, не тела.

Кто этот путник? Ахматова отвечала однозначно: Смерть. Современный комментатор также однозначен: Христос. А можно найти еще одну параллель — Заратустра. И еще можно добавить, что, согласно магическим концепциям, лев и орел в животном мире соответствовали Солнцу в мире природном… Гумилёв намеренно неоднозначен, намеренно уходит от простой расшифровки. „Путник“ — и то, и другое, и третье, и еще нечто, и еще, и еще. Ряд этот принципиально нескончаем, его можно длить и длить».

Так что читатель в стихах Гумилёва может найти глубины необычайные.

Закончить слово о поэте хочется несколькими стихотворениями из тех, которые называются шедеврами:

 Жираф

Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд

И руки особенно тонки, колени обняв.

Послушай: далёко, далёко, на озере Чад

Изысканный бродит жираф.


Ему грациозная стройность и нега дана,

И шкуру его украшает волшебный узор,

С которым равняться осмелится только луна,

Дробясь и качаясь на влаге широких озер.


Вдали он подобен цветным парусам корабля,

И бег его плавен, как радостный птичий полет.

Я знаю, что много чудесного видит земля,

Когда на закате он прячется в мраморный грот.


Я знаю веселые сказки таинственных стран

Про черную деву, про страсть молодого вождя,

Но ты слишком долго вдыхала тяжелый туман,

Ты верить не хочешь во что-нибудь, кроме дождя.


И как я тебе расскажу про тропический сад,

Про стройные пальмы, про запах немыслимых трав…

Ты плачешь? Послушай… далёко, на озере Чад,

Изысканный бродит жираф.

 Слово

В оный день, когда над миром новым

Бог склонял лицо Свое, тогда

Солнце останавливали словом,

Словом разрушали города.


И орел не взмахивал крылами,

Звезды жались в ужасе к луне,

Если, точно розовое пламя,

Слово проплывало в вышине


А для низкой жизни были числа,

Как домашний, подъяремный скот,

Потому что все оттенки смысла

Умное число передает.


Патриарх седой, себе под руку

Покоривший и добро, и зло,

Не решаясь обратиться к звуку,

Тростью на песке чертил число.


Но забыли мы, что осиянно

Только слово средь земных тревог

И в Евангелии от Иоанна

Сказано, что Слово — это Бог.


Мы ему поставили пределом

Скудные пределы естества.

И, как пчелы в улье опустелом,

Дурно пахнут мертвые слова.

 Шестое чувство

Прекрасно в нас влюбленное вино

И добрый хлеб, что в печь для нас садится,

И женщина, которою дано,

Сперва измучившись, нам насладиться.


Но что нам делать с розовой зарей

Над холодеющими небесами,

Где тишина и неземной покой,

Что делать нам с бессмертными стихами?


Ни съесть, ни выпить, ни поцеловать.

Мгновение бежит неудержимо,

И мы ломаем руки, но опять

Осуждены идти всё мимо, мимо.


Как мальчик, игры позабыв свои,

Следит порой за девичьим купаньем

И, ничего не зная о любви,

Все ж мучится таинственным желаньем;


Как некогда в разросшихся хвощах

Ревела от сознания бессилья

Тварь скользкая, почуя на плечах

Еще не появившиеся крылья, —


Так век за веком — скоро ли, Господь? —

Под скальпелем природы и искусства

Кричит наш дух, изнемогает плоть,

Рождая орган для шестого чувства.

Анна Андреевна Ахматова (1889–1966)

Началом долгого творческого пути Анны Андреевны Ахматовой стал уникальный период отечественной культуры, получивший название «серебряный век». Философ Николай Бердяев написал об этой эпохе: «…тогда было опьянение творческим подъемом, новизна, напряженность, борьба, вызов. В эти годы России было послано много даров. Это была эпоха пробуждения в России самостоятельной философской мысли, расцвет поэзии и обострение эстетической чувственности, религиозного беспокойства и искания, интереса к мистике и оккультизму. Появились новые души, были открыты новые источники творческой жизни, видели новые зори, соединяли чувство заката и гибели с надеждой на преображение жизни. Но все происходило в довольно замкнутом кругу…»

Пришедшие в эту эпоху поэты продолжили те традиции русской поэзии, в которых человек был важен сам по себе, важны его мысли и чувства, его отношение к вечности, к Богу, к Любви и Смерти в философском, метафизическом смысле. Поэты «серебряного века» в своем художественном творчестве и в теоретических статьях и высказываниях подвергали сомнению идею прогресса для литературы да и для жизни тоже. Одним из родовых признаков поэтов «серебряного века» была вера в искусство, в силу слова, поиски новых, сильных средств выражения.

Ахматова была олицетворением «серебряного века». Но ее величие в том, что она преодолела это яркое, но болезненное и глубоко мифологическое время в русской культуре, она поднялась над ним — и ее голос звучал величественно и в 1940-е годы, и в 1950-е, доказывая, что поэзия всегда больше, чем та или иная эпоха.

Кто бы мог в начале XX века предположить, что довольно жеманная и изысканная дама «серебряного века», «коломбина десятых годов», будет потом много месяцев стоять в тюремных очередях в ожидании приговора сыну, потом напишет «Реквием», который станет символом тех страшных лет.

В автобиографической заметке «Коротко о себе» Ахматова пишет: «Я родилась 11 (23) июня 1889 года под Одессой (Большой Фонтан). Мой отец был в то время отставной инженер-механик флота. Годовалым ребенком я была перевезена на север — в Царское Село. Там я прожила до шестнадцати лет». Первое стихотворение она написала в одиннадцать лет, стихи начинались для нее с Державина и Некрасова.

Ахматова окончила Царскосельскую гимназию и последний класс Киевской Фундуклеевской гимназии. Поступила на юридический факультет Высших женских курсов в Киеве, потом к ним «охладела» и перешла учиться на Высшие литературные курсы Раева — это уже в Петербурге.

В 1903 году Ахматова знакомится с Гумилёвым, а в 1910-м — выходит за него замуж.

Настоящая фамилия поэтессы — Горенко. Свой знаменитый псевдоним она взяла от прабабушки — татарской княжны Ахматовой.

В 1912 году вышел первый сборник Анны Андреевны — «Вечер». В этот же год у Ахматовой и Гумилёва родился сын Лева, будущий великий ученый, будущий великий страдалец, проведший в годы репрессий в тюрьмах больше десяти лет. Арестовали его по сути за то, что у него такие великие родители. Отец к этому времени был расстрелян как соучастник контрреволюционного заговора…

В первой книге «Вечер», наряду с характерными для «серебряного века» стихами, такими, например, как «Сжала руки под темной вуалью…»

Сжала руки под темной вуалью…

«Отчего ты сегодня бледна?»

— Оттого, что я терпкой печалью

Напоила его допьяна.


Как забуду? Он вышел, шатаясь,

Искривился мучительно рот…

Я сбежала, перил не касаясь,

Я бежала за ним до ворот.


Задыхаясь, я крикнула: «Шутка

Все, что было. Уйдешь, я умру».

Улыбнулся спокойно и жутко

И сказал мне: «Не стой на ветру».

[1911]

или наряду с «Песней последней встречи», со стихотворением «Муж хлестал меня узорчатым, / Вдвое сложенным ремнем…» — одним словом, наряду с несколько манерными, изысканно декадентскими стихами в сборнике есть и такие вот, другие строфы:

Смуглый отрок бродил по аллеям,

У озерных грустил берегов,

И столетие мы лелеем

Еле слышный шелест шагов.


Иглы сосен густо и колко

Устилают низкие пни…

Здесь лежала его треуголка

И растрепанный том Парни.

[1911]

Дело не только в том, что уже в первом сборнике Ахматова коснулась пушкинской темы, которая потом всю жизнь будет ее сопровождать. Но в этих, приведенных строках, мы видим Ахматову не приписанной уже к определенной культурной эпохе, а Ахматову вечную, соединившую в себе традиции классики и новейший опыт русской поэзии.

Одна за другой выходят новые книги Анны Андреевны: «Четки» — 1914 год, «Белая стая» — 1917 год, «Anno Domini» — 1921-й, «Подорожник» — 1921-й, «У самого моря» — 1921-й. Следующая книга выйдет только в 1940-м, потом в 1946-м, и последняя прижизненная книга «Бег времени» — в 1965 году.

В пантеон русской поэзии Ахматова вошла классической строгостью стиха, ясностью, лапидарностью, редким чувством гармонии. И, безусловно, своим выдающимся патриотизмом. После революции 1917 года она не уехала в эмиграцию, она, тесно связанная с дворянской культурой, поняла глубину перемен, их неизбежность и их трагизм, и осталась с народом.

Мне голос был. Он звал утешно,

Он говорил: «Иди сюда,

Оставь свой край глухой и грешный,

Оставь Россию навсегда.


Я кровь от рук твоих отмою,

Из сердца выну черный стыд,

Я новым именем покрою

Боль поражений и обид».


Но равнодушно и спокойно

Руками я замкнула слух,

Чтоб этой речью недостойной

Не осквернился скорбный дух.

В годы Великой Отечественной войны поэтесса, своими глазами видевшая блокадный Ленинград, создает цикл стихов, полных любви к Родине, гражданское звучание их потрясает.

Еще в 1922 году она писала:

Не с теми я, кто бросил землю

На растерзание врагам.

Их грубой лести я не внемлю,

Им песен я своих не дам.

А через двадцать лет, в 1942 году, в стихотворении «Мужество» она чеканно выбивает знаменитые теперь строки, естественно вытекающие из ее глубокой патриотической позиции:

Мы знаем, что нынче лежит на весах

И что совершается ныне.

Час мужества пробил на наших часах,

И мужество нас не покинет.


Не страшно под пулями мертвыми лечь,

Не горько остаться без крова,

И мы сохраним тебя, русская речь,

Великое русское слово.


Свободным и чистым тебя пронесем,

И внукам дадим, и от плена спасем

Навеки!

[Февраль 1942]

То, что мы называем патриотизмом, народностью Ахматовой, мне кажется, не в последнюю очередь зародилось в ней на тверской земле, куда в начале века она часто приезжала с Гумилёвым в имение его матери Слепнево. Ахматова жила у свекрови почти каждый год по несколько месяцев, написала в Слепневе около 60 стихотворений. Здесь рос ее сын, здесь ждала она мужа из дальних зарубежных странствий.

«Каждое лето я проводила в бывшей Тверской губернии, в пятнадцати верстах от Бежецка. Это неживописное место: распаханные ровными квадратами на холмистой местности поля, мельницы, трясины, осушенные болота, „воротца, хлеба, хлеба“… Там я написала многие стихи „Четок“ и „Белой стаи“», — вспоминала Анна Андреевна в 1965 году.

Я могу подтвердить, что места эти действительно не очень живописные. Я часто приезжал, приезжаю и, даст Бог, буду приезжать в Бежецкий район Тверской области — потому что это моя родина, здесь я ходил в начальную школу в бывший барский дом Гумилёвых, здесь похоронена моя мама. Так вот, места не живописные, но… Но вот что о них сказал сын Ахматовой Лев Николаевич, выступая в декабре 1986 года в Центральном доме литераторов в Москве с сообщением «Историко-географическая связь ландшафта Бежецкого края с литературным творчеством»: «…некрасивых мест на земле нет!.. Родной дом красив для всех. Я родился, правда, в Царском Селе, но Слепнево и Бежецк — это моя отчизна, если не родина. Родина — Царское Село. Но отчизна не менее дорога, чем родина. Дело в том, что я этим воздухом дышал и воспитался, потому я его люблю… Этот якобы скучный ландшафт, очень приятный и необременительный, эти луга, покрытые цветами, васильки во ржи, незабудки у водоемов, Желтые купальницы — они некрасивые цветы, но они очень идут к этому ландшафту. Они незаметны, и они освобождают человеческую Душу, которой человек творит; они дают возможность того сосредоточения, которое необходимо для того, чтобы отвлечься на избранную тему… Ничто не отвлекало. Все было привычно и потому — прекрасно. Это прямое влияние ландшафта. Вероятно, другой ландшафт повлиял бы по-иному».

Ахматовой здесь хорошо писалось, здесь были созданы многие прекраснейшие стихи, которые входят в любую антологию русской поэзии, такие, например, как «Я научилась просто мудро жить…», «Ты знаешь, я томлюсь в неволе…», «Так много камней брошено в меня…», «Сколько раз я проклинала это небо, эту землю…», «Бессмертник сух и розов. Облака…», «Просыпаться на рассвете оттого, что радость душит…» и другие. Здесь она «залпом» писала поэму «У самого моря», здесь рождалась «Поэма без героя».

Именно на этой земле ей запали в душу «взоры спокойных загорелых баб» — здесь она соприкоснулась с исконной крестьянской глубинной Русью.

Ты знаешь, я томлюсь в неволе,

О смерти Господа моля,

Но все мне памятна до боли

Тверская скудная земля.


Журавль у ветхого колодца,

Над ним, как кипень, облака,

В полях скрипучие воротца,

И запах хлеба, и тоска.


И те неяркие просторы,

Где даже голос ветра слаб,

И осуждающие взоры

Спокойных загорелых баб.

[1913]

Мы не коснулись «Реквиема», страшной поэмы 1935–1940 годов, в которой переплелись глубокое личное несчастье — арест сына — и общенародное горе:

Семнадцать месяцев кричу,

Зову тебя домой,

Кидалась в ноги палачу,

Ты сын и ужас мой.

Мы не коснулись травли Ахматовой в связи с постановлением ЦК ВКП(б) «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“», после которого люди боялись с ней общаться, не то что публиковать ее стихи.

Судьба Анны Андреевны — это все время подвиг мужества, все время трудный путь преодоления всего неправедного и подлого, это жизнь на грани жизни и смерти.

Александр Твардовский высоко оценил вклад Анны Андреевны в отечественную культуру: «Поэзия Ахматовой — это прежде всего подлинность, невыдуманность чувств, поэзия, отмеченная необычайной сосредоточенностью и взыскательностью нравственного начала».

В 1964 году Анне Андреевне была присуждена престижная литературная премия «Этна-Таормина», Оксфордский университет присвоил ей степень почетного доктора литературы.

Ахматова скончалась 5 марта 1966 года. Похоронена под Ленинградом, теперь Санкт-Петербургом, в поселке Комарово, на кладбище среди соснового леса. И летом, и зимой на ее могиле лежат живые цветы. Розы. Ландыши. Цикламены. Ромашки. Дорожка к ее могиле не зарастает травой летом и не заносится надолго снегом зимой. 
  
* * *
Вы читали биографию (факты и годы жизни) в биографической статье, посвящённой жизни и творчеству великого поэта.
Спасибо за чтение.

............................................
© Copyright: биографии жизни великих поэтов

 


 

   

 
  Читать: о жизни поэта, краткую биографию, годы жизни поэта.